Тургенев и Толстой, Суждения Тургенева
Толстой сомневался в искренности и прочности либеральных воззрений Тургенева как таких, какие можно отстаивать ценою жизни. Эти «воззрения» представлялись Толстому «праздным разговором», «фразой». Позднее, именно 7 апреля 1859 г., Тургенев с обидой писал И. А. Гончарову: «...думает же Толстой, что я и чихаю, и пью, и сплю — ради фразы» (П., III. 290). «В Тургеневе, — писал П. В. Анненков, — он (Толстой) распознал многосторонний ум и наклонность к эффекту — последнее особенно раздражало его, так как искание жизненной правды и простоты и здравомысленности существования составляло и тогда идеал в его мыслях»1. В письме От 31 марта 1857 г. Не-
красов пытается установить причину расхождений Толстого с кругом «Современника»: «...мы раскрылись Вам со всем добродушием, составляющим, может быть, лучшую (как несколько детскую) сторону нашего кружка, а Вы заподозрили нас в неискренности, прямее сказать, в нечестности. Фраза могла и, верно, присутствовала в нас безотчетно, а Вы поняли ее ка.к основание, как главное в нас... свобода исчезла, — безотчетная или сознательная оглядка сделалась неизбежна... Отношения не могли стать на ту степень простоты, с какой начались, а следовательно, не могли двигаться вперед по пути сближения». Некрасов болеет не столько за себя, сколько за Тургенева: «Эта душа, вся раскрывающаяся, — при Вас сжалась, и как-то упорно не размыкается. Грустно вас видеть вместе. Вы должны бы быть друзьями, а вы что?» (X, 329—330).