Тургенев и Толстой, Руссикй характер
Вера в великую духовную силу человеческой личности, наделенной даром нравственной свободы и одновременно подчиненной законам необходимости, лежит в основе всей творческой деятельности писателя. Она нашла свое выражение и в произведениях 50-х годов — трилогии «Детство», «Отрочество», «Юность», «Севастопольские рассказы». Персонажи из народа - всегда носители самоотвержения, смирения, готовности жертвовать собою ради торжества общего дела. Обостренное чувство личности характеризует персонажей из господского слоя, развращенных паразитическим образом жизни, условиями материального избытка.
Зло жизни Толстой усматривал в самолюбиво разросшемся чувстве личности. Идеальную норму человеческого поведения он полагал в «чистом альтруизме». В этой связи верно заметила И. В. Чуприна: «Нужно учитывать, кому адресовалась нравственная норма Толстого. Если революционные демократы обращали свои этические теории угнетенным, побуждая их бороться за права человеческой личности, то Толстой выставляет свои суровые требования как противоядие эгоистической распущенности высших классов, отнюдь не лишенных человеческих прав и, наоборот, ими злоупотребляющих. Именно отсюда идет у Толстого призыв к сокращению личных запросов».