Тургенев и Пушкин, Рецензия Белинского
«Евгений Онегин», по мысли Белинского, «первое национально-художественное, в высшей степени оригинальное и национально-русское произведение» (VII, 441). Отличая истинную на-
родность от простонародности, Белинский полагает, что Пушкин показал себя «истинно национальным поэтом» в изображении жизни «образованных сословий». Он сумел представить «нравственную физиономию» высшего слоя общества и найти в его жизни, «наполовину прикрывшейся прежде чуждыми ей формами», национальное содержание. Ведь народность трактовалась Белинским в «высшем значении этого слова», как выражение субстанции народа: «...тайна национальности каждого народа заключается не в его одежде и кухне, а в его, так сказать, манере понимать вещи» (VII, 443).
Онегин и Татьяна сопоставляются прежде всего по их связи с русским национальным содержанием. Г. А. Гуковский убедительно доказал, что культура Онегина и Татьяны, их нравственно-психологический уклад во многом противоположны. В ненародное, вненациональное, следовательно, бесплодное и пустое воспитание Онегина объясняет душевную черствость, индивидуалистическую настроенность светского денди в первых главах романа. Он становится вполне понятен именно в контрастном сопоставлении с Татьяной, демонстрирующей национально-народный тип сознания, душевного склада и потому выражающей норму, идеал пушкинского мировоззрения 1823—1830-х годов. «Татьяны милый идеал» — сказал сам Пушкин в завершающей строфе романа1.
По словам Белинского, «стихотворный роман Пушкина положил прочное основание новой русской поэзии, новой русской литературы» (VII, 441), что подтверждается прежде всего романами Тургенева, который воплощал «в надлежащие типы» и «ту быстро изменяющуюся физиономию русских людей культурного слоя», который преимущественно и служил предметом его художественных воспроизведений.
Страницы: 1 2